Информационно-репутационное агентство
НОВЫЙ ПУТЬ

Группа студентов НИУ ВШЭ — будущих магистров права, руководимая доцентом Бардиным Л.Н., решила глубоко заняться теоретическим и практическим исследованием качества труда адвокатов при оказании ими юридической помощи. Ребята разработали целый комплекс необходимых вопросов, наметили опрос широкой категории наших граждан, установили необходимые контакты с респондентами, проинструктировали  интервьюеров. В общем, задумали очень хорошее дело: исследовать обозначенный вопрос. И оно достойно похвалы, ибо побуждает к научным поискам, глубинному осмыслению проблемы, каким-то практическим шагам, надо полагать, конечно же, в направлении улучшения этой самой помощи.

Фактически же их намерения представляют собой проникновенное изучение места российского адвоката в капиталистическом мире, ПОСКОЛЬКУ КАЧЕСТВО ОКАЗАНИЯ ИМ ПРАВОВОЙ ПОМОЩИ ТАК ИЛИ ИНАЧЕ УПИРАЕТСЯ В ВОПРОСЫ, О КАКОЙ ПОМОЩИ В СУЩНОСТИ ИДЁТ РЕЧЬ И КОМУ ИМЕННО. А ответить на них нельзя никак иначе, кроме как с параллельной оценкой места и времени, в которых осуществляется такая помощь. В качестве респондента юные исследователи избрали и меня. Приходится «включиться в игру». Но тогда начну, как говорили древние, ab ovo, то есть с яйца, с самого начала. А началом здесь будет общая социально-экономическая обстановка в стране, в которой нами хотелось бы иметь хорошего адвоката, оказывающего качественную юридическую помощь.

Часть общая

1. Социально-экономическая

К. Маркса и П.Ж.Прудона с утверждением о том, что «собственность – это кража», а также Ж.Ж.Руссо с афоризмом «всякий праздный человек – вор», хотя они и подтверждены «Теорией праздного класса» Т.Веблена, давайте оставим для другого раза. И с письма Белинского Гоголю от июля 1847 года: «<Россия> представляет собою ужасное зрелище <…> страны, где нет не только никаких гарантий для личности, чести и собственности, но нет даже и полицейского порядка, а есть только огромные корпорации разных служебных воров и грабителей» тоже начинать свою дискуссию не хотелось бы. Письмо, хотя и интересное, однако о далёких царских временах. Но и чтобы не переводить стрелки проблемы в политическое русло и не превращать задуманное ребятами дело в бесконечную и пустую забаву, подобную бытующей ныне на всех телеканалах в виде безостановочной говорильни, охарактеризую сегодняшнюю обстановку лишь небольшой выдержкой, взятой мною из книги В.В.Оробинского «Чему не учат на юрфаке». При этом я совсем не собираюсь рекомендовать этот источник. Беру лишь цитату, которая подходит к нашей дискуссии.

Автор со ссылкой на другие источники (Дойникова И.В. и Рузанова И.В.), пишет: «Положение России в роли своеобразного сырьевого придатка вскоре не будет устраивать…. У нас отсутствует развитая инфраструктура, традиции ведения бизнеса, независимого суда … В то же время дряхлеющая экономика России, коррумпированность и продажность российских чиновников (продолжение — об экспансии Китая). — И далее он продолжает:

Вместо перехода к рынку в России создана модель ресурсно-сырьевой экономики, она характеризуется следующими чертами: интеграция в мировую капиталистическую систему в качестве зависимого (прежде всего в финансовом плане) от её ядра элемента; сырьевая специализация; рост эксплуатации населения как местными господствующими группами, которые начинают жить не по местным, западным/буржуазным стандартам потребления, так и иностранным капиталом (прежде всего через механизмы мирового рынка); резкое ухудшение положения основной массы населения в результате двойной эксплуатации и социальная поляризация, усугубление неравенства; отказ государства от главного правила русской власти – «учёт и контроль», то есть от ограничения государством аппетитов верхов в таком социуме, который создаёт небольшой по объёму совокупный общественный (а следовательно, и прибавочный) продукт; участие государства в эксплуатации населения совместно с господствующими группами и иностранным капиталом, как следствие – олигархизация власти; рост противоречия между сырьевой специализацией в мировой экономике и великодержавным статусом в мировой политике». (См. В.В.Оробинский. Чему не учат на юрфаке. Серия «Вершина успеха». Ростов-на-Дону. «Феникс», 2019. — ст. 63).

В общем, автором в этой очень короткой цитате показана вся неразумность нынешней государственной системы, её вопиющая  несправедливость, заведомая противоречивость и исключительно низкое качество государственного управления. Заметим, государственного управления, а не юридической помощи, осуществляемой адвокатами.

Все обозначенные выше проблемы имеют значение и для нашей темы. Однако выделенные мною курсивом и подчёркнутые проблемы относятся к ней самым непосредственным образом, ибо они напрямую влияют не только на качество работы того или иного российского адвоката, но и на всю юридическую помощь вообще. В сути они ставят вопрос ребром: а возможно ли в такой вот некачественной правовой системе государства оказывать качественную правовую помощь гражданину этого государства? И, если возможно, то о каком гражданине идёт речь, если иметь в виду капиталистическое общество, в котором работает адвокат, то есть общество поляризованное, классовое, сегрегированное. А потому ещё раз отмечу, что сегодня поднятый студентами вопрос очень нужный и более чем актуальный, ибо он побуждает выйти за рамки обыденных рассуждений и рассмотреть его в комплексе с экономикой, политикой, государственным устройством и так или иначе присутствующей (не пойми чьей) идеологией.

Наше общество переживает ныне такое время, когда повсеместно в правовом пространстве страны наблюдается тотальное снижение уровня и юридической, и вообще любой защиты людей. Да и не только снижение. Идёт систематическое наступление на социальные права граждан. Значительно повышен пенсионный возраст, сокращена заработная плата во многих сферах, инфляционные процессы без государственной индексации безудержно «съедают» и без того мизерные пенсионные выплаты. Практически никем не защищённым остался труд людей на производстве и в иной сфере деятельности, где рабочий день нередко составляет и по 12 и по 14 часов,  техника безопасности не соблюдается, а виновные не несут вообще никакой ответственности перед работниками. Профсоюзы лишены прежних прав и превратились в формальный придаток администраций, рострудинспекции фактически не работают или работают только на работодателя, прокуроры существенно  ограничены в своих полномочиях. И в законах также, по большому счёту, защищаются прежде всего интересы правящего класса, а не простых людей.

Человек оставлен один на один с разбалансированной государственной машиной и нещадно эксплуатирующим его бизнесом (собственным и иностранным). К кому апеллировать в случае чего, кто встанет на защиту, когда будет невмоготу, кто протянет руку, и крепкой ли будет эта рука, если её протянут? Вот что, наряду с вопросами выживаемости (а он, как выразился известный политолог и кинорежиссёр Карен Шахназаров, ныне самый важный) вообще, волнует сегодня российского гражданина, не имеющего счёта не то что в швейцарском банке, а даже в каком-нибудь захудалом российском банчонке.

В любом цивилизованном и нормально устроенном обществе всем этим занимаются административные власти (государственные и местные). Но в России административные власти во многих местах перестали реагировать на жалобы и чаяния  людей, вести непосредственный приём граждан, отвечать по существу на письма и заявления. Сегодня простому человеку стало невозможно даже зайти в помещения, где сидит власть. Окружённая многочисленной охраной, вооружённой до зубов и напичканной всякой мудрёной техникой, власть стала полностью недоступной для народа, для общения с ней рядовыми людьми. А внедрение IT технологий вообще отдалило власть от народа (или народ от власти) на недосягаемую величину. Потому и обращаются к президенту на ежегодных «посиделках с народом» со всех концов страны с жалобами, которые может решить на местах простой начальник ЖЭКа.

А что творится на дорогах страны? С установкой аппаратуры, фиксирующей нарушения ПДД, на самом деле выброшен за борт живой человек, с его нередко объективными объяснениями, жизненной ситуацией и самой реальностью, которая, бывает, и не вписывается в прокрустово ложе заранее предопределённых властных установок. То же можно сказать и о никем не контролируемой коммерческой «стрижке» штрафов? Тут и вообще говорить не о чем: просто мракобесие какое-то. Повсеместно  наблюдается общая тенденция к усилению административного воздействия на человека (во сто или тысячи крат).

Достаточно посмотреть, как разросся до неимоверных величин Кодекс об административных правонарушениях РФ, который сегодня представляет собой уже не свод правил поведения в общественном пространстве и отдельных санкций за нарушения, а сплошной запрет, по типу: всё запрещено. Каждая статья имеет десятки пунктов, а пункты — подпунктов. Скоро за воздух и за тот будут брать налог и карать штрафами за его неуплату. Где гарантия, что завтра или даже сегодня вечером этого не случится, посмотрите, сколько раз за год претерпевает изменений Налоговый кодекс?

Да и вообще, какому нормальному уму и сознанию постижимо такое количество законов, которое принимается в нашей стране. Вот уж где «тихий ужас», так это в правотворческой деятельности. Спортсмены и артисты, деятели искусства и бизнесмены, что бессвязно поющие на сцене и прыгающие с шестом на соревнованиях или пусть даже и умело работающие в сфере «купи-продай», но совершенно не разбирающиеся ни в праве, ни в жизни, пачками клепают законодательные акты страны. Создаётся впечатление, что в час по одному. Как на конвейере АВТОВАЗа, с которого ЛАДЫ в своё время уходили на СТО, а потом в металлолом.

Интересно, читали ли прыгуны с шестом или мерчендайзеры когда-нибудь Тацита? Это Публий Корнелий который. А ведь он предупреждал: «Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы». Или о Вольтере хоть слышали что-нибудь в нашей Думе? И у него есть на эту тему мудрое изречение: «Многочисленность законов в государстве есть то же, что большое число лекарей: признак болезни и бессилия». А Лао Цзы…?  «Когда в стране много запретительных законов, народ становится бедным, …когда растут законы и приказы, увеличивается число воров и разбойников». Пожалуй, к этому мудрому китайцу и криминологам из НИИ проблем преступности можно было бы прислушаться, а не только членам нашего законодательного органа.

Можно сказать, «на нуле» и информационная, а также идеологическая защита общества, они предоставлены на откуп субъективному представлению самой власти, её телевизионным объяснениям, а фактически беспримерному лицемерию или откровенной лжи. Потому что государственной идеологии у нас по Конституции РФ нет. Существует лишь идеология денег и тех, кто их имеет. А потому властные мужи ныне лгут обществу повсеместно, безостановочно и в особо крупных масштабах. При том делают это без зазрения совести, даже не задумываясь придавать своим словам удобоваримый вид. Даже не удосуживаются поинтересоваться, а что же по этому поводу говорил сосед по кабинету или по министерству. А он говорил совершенное противоположное. Хотя тоже врал. Также, как ныне рассуждают о ковиде: один — одно, другой – совершенно противоположное, и никто не говорит всей правды.

И после этого почему-то сетуют, что народ с недоверием и даже подчас с  ненавистью стал относиться к представителям власти, к издаваемым ею законам, распоряжениям, нормам, речам, обещаниям, заверениям. И призывам вакцинироваться. По моему, такое отношение – это вполне естественная реакция народа на допускаемое с ним мракобесие. Мракобесие не в вакцинировании, а в отношении к людям, как к баранам.  Люди заслуженно и поделом плюются в сторону власти. А вот отношение власти на подобную реакцию народа, связанное с усилением запретов, активизацией репрессий и неимоверным усилением силового аппарата, административного и судебного преследования – это уже из ряда вон. Но на государственном поле других ворот не существует. Государство учит людей играть только в одни ворота. И только в них забивает голы.

Оставлены без защиты государства права человека на жизнь, здоровье, достойное существование. То, что творится сегодня на российском медицинском поле – это форменное безобразие, которое власть пока таковой бессовестно не признаёт: тысячи заболевших, десятки тысяч умирающих, миллионы не получающих достойного лечения, запредельная смертность, падение рождаемости. При подобном исходе вполне справедливым будет признать, что медицина, вослед за образованием и наукой требуют капитального ремонта. Полного. И срочного. Для кого-то эти сферы, конечно, работают, притом на самом высшем, мировом уровне. Существуют элитные клиники и санатории Управделами Президента, есть вузы и высокооплачиваемые отдельные учёные, даже научные учреждения.

Но всё это не для простого человека. Ныне мы наблюдаем циничное наступление власти вообще на человеческое достоинство. Иными словами такое положение и не охарактеризуешь, когда Конституция, закон, даже высшие начальники во всеуслышанье заявляют о добровольности вакцинации от короновируса, а другие, нижестоящие, не допускают к работе не имеющих «прививочных» сертификатов, устанавливают вакцинацию обязательную, не предусмотренную никакими законами, конституциями и даже здравой логикой. И ничего им за это не бывает. То есть работает хорошо организованная обманка и наплевательство. И ничего более. Проблема борьбы с пандемией таким образом отфутболена на тех, кто, дескать, не желает делать прививки. Виновата не власть – виновато общество.

В других сферах нашей жизни также повсеместно наблюдается полная безнаказанность властных чиновников за свои действия, совершаемые не в интересах общества, а нередко и против людей.  Про Сердюкова и Васильеву я уже не говорю, хотя это самый хрестоматийный и показательный пример, вошедший чёрной страницей в историю России. Ныне хватает и других подобного рода горе-чиновников. Чего стоят, например, Голикова и Скворцова, которые своей «оптимизацией» медучреждений довели их до крайней точки недееспособности. Случившиеся эпидемия и пандемия показали неготовность российской медицины к такой беде.

Только после этого вакханалию так называемых реформ остановили и в авральном порядке стали восстанавливать очень многие позиции, «оптимизированные» ранее. Но почему-то списали всё не на конкретных виновников бестолковой политики, а на ковид-19, с которым до сих пор никак не в силах справиться. В 1942 году, в воюющем Сталинграде, в обстановке войны и в жутких антисанитарных условиях учёная-микробиолог Зинаида Ермольева справилась с эпидемией холеры за несколько недель и при совершенно минимальных затратах. К счастью, её ещё не коснулась тогда «оптимизазия» по Голиковой и Скворцовой.

Приведённые факты говорят нам, какой же существует громадный уровень некомпетентности в высших эшелонах власти, а может быть даже и вредительства. Что творится у них там, в головах, очень наглядно продемонстрировала однажды в своем публичном выступлении перед большой аудиторий профессионального, но ошеломлённого народа на форуме «Здоровая Москва» одна из замов министра здравоохранения Елена Бойко. А ведь она прошла курс обучения в элитном бельгийском вузе, в самом Антверпене. Представляете, там же, где учился корабельному делу преобразователь России Петр I.

Но в отличие от именитого соотечественника дамочка оказалась, мягко говоря, весьма посредственной ученицей. По моему, перед назначением на такой высокий пост она даже ЕГЭ не сдала бы. Такой безграмотной, сумбурной, косноязычной, очень бессвязной и с дворовым сленгом, но в то же время запредельно амбициозной речи давно уже не раздавалось в епархии нашего Минздрава. И что бы вы думали стало с этими министрами и их красивыми бойкими замами? Их наказали, сняли с постов, объявили бездарями и закрыли перед ними все двери государственной службы? Ничего подобного: их погладили по головке, Скворцову и Бойко назначили на другие «хлебные» посты, а Голикову, кроме того, повысили в должности. Предлагаю проверить, где они обитают сейчас … И такое отношение к провинившимся стало повсеместной практикой управления страной во всём государственном масштабе.

Бесстыдство чиновников, циничная наглость, отсутствие совести, понятий о чести и порядочности, уж не говоря о каких-то там справедливости и праве – ныне их основные определяющие и отличающие от других работников качества, которые изредка пытаются маскировать, прятать за громкими речами, митинговыми постановками и преамбулами в документах. А ведь лицо чиновника – это лицо государства. И вот с опорой и в рамках такого государства упомянутые мною студенты решили найти правду о качестве оказываемой гражданам юридической помощи в государстве. Но, на сей счёт китайским мудрецом замечено, что «сложно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно, если её там нет». И никогда не было.

Как мудро выразился однажды академик Кончаловский П.П., «в государстве, где утрачено понятие греха и стыда, порядок может поддерживаться только полицейским насилием». Сказано не хуже, чем у Конфуция. Нынешняя жизнь России – наглядное подтверждение этих мудрых слов. А вы думали откуда у нас столько омонов разных, росгвардий, почему из милиционеров все сразу в полицейских превратились, и КоАП стал толще брони самого непробиваемого танка «Армата»?

Складывается впечатление, что при подобной глобально выведенной из нормального государственного состояния системе управления сама постановка вопроса о каком-то там качестве юридической помощи, оказываемой адвокатами, становится просто неуместной. Разве что ради очередного всплеска эмоций и красного словца можно и поговорить. Дело ведь, как видим,  уходит своими корнями не в конкретного адвоката, оказывающего помощь, а в гораздо более сложные эмпиреи: в необратимую деформацию самого государства, да даже всей социально-экономической системы. А потому в ходе интервьюирования получить (даже обозначить)  всю гамму проблем по намеченному студентами вопросу, практически невозможно.

В силу упомянутой выше чрезвычайной сложности фактической обстановки в государстве, в которую мы оказались втянуты неразумным правлением и неразрешимыми на данный момент сущностными противоречиями, уместным было бы, прежде всего, начинать с восстановления авторитета государственных институтов, разных уровней власти, чиновников. Заодно и о смене социально-экономического курса государства можно было бы подумать. По примеру скандинавских стран хотя бы. А ведь они, хотя в большинстве своём и монархические державы, средние века, так сказать, а поучиться у них стоило бы.

Без всего этого, при бездействии эффективных властных рычагов, слабости прокурорского надзора, жутком кривосудии, иной раз складывается впечатление, что и роль адвокатуры становится по факту нулевой, а по форме – декоративно-прикладной и театрально-постановочной. Только чтобы изобразить из себя подобие процессуальной состязательности и юридической помощи, но не помогающей человеку в реальности.

Тут надо просто представить себе, как работает адвокат, являясь представителем того или иного гражданина в нынешней разлаженной государственной системе? Допустим, он хорошо подготовлен, хотя где ему готовиться-то в изображённом мною мире? Но пусть будет так. В адвокатуре на самом деле работает множество истинных мастеров. И много, очень много фактов, свидетельствующих об их реальной помощи. Но мы ведь исследуем другое. Допустим, адвокат тщательно разобрался в проблеме, он добросовестный, знающий профессионал (берущий опытом и самообразованием), имеющий и авторитет, и уважение коллег, и, что самое главное, чувство большой порядочности.

Чтобы оказать гражданину квалифицированную юридическую помощь, он, используя свои глубокие познания права и практики, предварительно готовит умный и грамотный алгоритм поведения или конкретный документ (письмо губернатору или мэру, исковое заявление в суд, жалобу в полицию или прокурору и т.д.). После этого он обращается в государственные структуры, которым по закону предписаны те или иные полномочия. А структурам, образно говоря, всё до фени. До глубокой фени. А дальше начинается нудный и длительный процесс (у нас это называется состязательным процессом) обжалования действий тех, кому до фени, другим, кому до фени тоже, хотя они сидят выше. И так до бесконечности, насколько у гражданина хватит нервов, терпения и … денег на оплату труда адвоката.

Я, например, по одному делу о рейдерском захвате одной торгово-сбытовой нефтяной компании помогал возвращать фирму более чем … 10 лет. В её захвате принимали участие высокопоставленные сотрудники ЦРУБОП МВД РФ (целая банда при больших погонах и до зубов вооружённая), один из помощников министра внутренних дел России и помощник влиятельного заместителя министра юстиции РФ. Вот такие у нас помощники и заместители у министров. При захвате применялся весь комплекс наработанных для таких случаев мер: «маски-шоу, или, как это действо «по-ихнему» называется, «мордой-в пол», подбрасывание оружия, изъятие документов и передача их заказчику, арест, возбуждение дела, кутузка и т.д. и т.п.

А оказывали этим рейдерам квалифицированную и очень качественную (!!!), скажу я вам, юридическую поддержку некоторые адвокаты Москвы. За это время мною было подано свыше 500 жалоб (!!!), проведено свыше 15 судов (арбитражных и общей юрисдикции) с полным циклом разбирательства, т.е. начиная от первой инстанции и заканчивая последней-высшей (что это такое — пройти весь цикл — каждый юрист знает), я посетил на приёмах многих высокопоставленных лиц, в т.ч. заместителя Генерального прокурора РФ, курирующего следствие (надо было ещё добиться такого приёма).

Завершилось всё это судом над исполнителями-рейдерами (всеми) во главе с подполковником полиции (ныне, после отбытия наказания, он выступает успешным экспертом якобы от МВД в некоторых телепередачах, о своей судимости умалчивает). Осудили и заказчиков (во главе с, к тому времени уже бывшим, сотрудником Минюста). И фирму вернули (правда, уже порядком потрепанную, до последней нитки обобранную и с большими финансовыми проблемами). Но, как видим, завершение дела — успешное. Даже занятия по организации судебных прений в суде со своими студентами удалось провести, где мои ученики поприсутствовали в живом судебном процессе с настоящими (а не постановочными) речами прокурора, потерпевшего, подсудимых и адвокатов. Вот такая она оказалась – правовая помощь гражданину в условиях нашего современного (правового и социального по конституции) государства.

Мне могут возразить читатели, что я противоречу сам себе и этим примером наглядно показываю, что можно, оказывается, добиться справедливости и в нашей стране. Ну что тут сказать? Если такой ценой (10 лет ежедневного (!!!) правозащитного конвеера, безостановочного, на высшем пределе эмоций, доходящих до крайних степеней  стрессовой нагрузки, при этом всякий раз отвлекаясь на собственную самозащиту по десяткам   организованных против меня моими же коллегами-адвокатами жалоб, исковых заявлений в суды о защите чести и достоинства преступников, возбуждаемые прокурорами доследственные проверки и разбирательство в адвокатской палате), то да, добиться справедливости таким путём пока можно. Пока! Что будет дальше, не знаю. По всей видимости, теперь такой исход маловероятен.

Меня могут также спросить, а почему такая цена (я здесь умышленно не затрагиваю ещё вопрос о гонораре клиента, хотя скажу: он был невысоким), почему потребовалось более 10 лет? Отвечаю: потому что за всё это время тяжб ни мною, ни моим доверителем умышленно не было дано ни одной (!!!) взятки. Хотя расценки существовали буквально на всякое требуемое нами по закону решение (!!!), хотя в течение всех этих лет и намеки, и прямые напоминания о таких расценках нам постоянно вдалбливали в уши, как тупым и непонятливым остолопам.

Это был своеобразный государственно-правовой научный эксперимент. Не всякому такой эксперимент по силам. Но, если адвокат не сможет организовать подобный эксперимент, означает ли это, что он должен посоветовать своему доверителю не быть тупым и непонятливым? Хотя нередко именно такие советы и даются некоторыми «квалифицированными» консультантами. Знающими все ходы и выходы в судах и министерствах. А теперь задам вопрос для студентов я. Для домашнего задания, так сказать.  А в каком из этих случаев адвокатская помощь, по их мнению, будет качественной, а в каком нет?

2.  Доктринальная

Именно в таком состоянии, которое я обрисовал выше, находится наше общество ещё три года и будет ровно треть века. Именно так его воспринимают люди старшего поколения, не задетые ЭГЭ и новой российской системой буржуазно-потребительского  образования, да и многие другие конкретные люди. И в большинстве своём адвокаты, кстати, тоже. А потому весьма проблематично, а может быть, и бесполезно говорить о проблемах более низшего уровня, коими являются проблемы адвокатского сообщества, при нерешённости более важных проблем, проблем государства и государственного устройства, системных и сущностных деформаций нашей жизни вообще. А они, эти деформации, идут в свою очередь от отсутствия  государственной идеологии и предельно чётко обозначенных целей государства: генерального направления пути движения общества, нравственных ориентиров, движущих сил, приоритетов развития и т.д., которых по сути дела на сегодняшний день в доктринальном порядке нашей властью и всеми её тремя ветвями так и не выработано.

Адвокатура, хотя и не является государственной структурой, она вписана всеми своими нитями и фибрами своей израненной души в государственное пространство нынешнего социума, являясь институтом наиболее организованной его части – гражданского общества. Во всяком случае, так задумывалось по закону. А, потому те проблемы, с которыми она ныне столкнулась, а это не столько низкое качество юридической помощи, сколько её неэффективность в силу разбалансированности государственных институтов в их чистом виде, — это проблемы самого государства. И отчасти это проблемы социума.

Но чтобы говорить о них, когнитивно нужно выйти за рамки нынешнего уровня мышления, которое уже достаточно сильно привито современной системой, методологией, господами Грефом и многими другими теоретиками буржуазного образования, которая парализовала мозг нации и переформатировала все существовавшие ранее представления, моральные и нравственные категории, стандарты, критерии и смыслы на исключительно потребительские и пофигистские взгляды и отношения. В общем, нужно начать рассуждать, абстрагируясь от них. Но такие темы – это уже не юриспруденция, это – несколько большее, то что не изучают в юридических вузах. И даже о чём не пишется в книге Оробинского В.В. Но мы всё же попробуем взглянуть собственным взглядом и ответить пока только на вопрос, касающийся лишь самой адвокатуры и её места в нашем обществе.

Несмотря на, казалось бы, достаточно высокий уровень проработки вопроса о её месте и роли и уже выработанное представление о том, что он (этот вопрос)  давно решён и закреплён в общем-то неплохом Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (в разработке и научном  обосновании этого закона в своё время принимал самое непосредственное участие и я), следует заметить, что к нынешнему дню в обнаружившихся серьёзных противоречиях в природе адвокатуры необходим новый глубинный анализ.

Вопрос о месте и роли адвокатуры вообще очень древний. В современной России он также поднимался, притом еще задолго до принятия закона. В течение нескольких лет он обсуждался на многочисленных дискуссионных площадках, в адвокатских коллективах, в юридических вузах, профессиональных изданиях. Было признано тогда, что адвокатура не может оставаться структурой прогнившей власти, принадлежающей нарождающейся в постсоветской России воровской буржуазии. Предпосылок для того, чтобы адвокат и адвокатура стали независимым институтом было предостаточно. Мною они описаны в учебнике под моей редакцией «Адвокатура в России» (изд-во «Юстицинформ, 2019. – ст. 86-95), выдержавшем уже пять изданий. Но, если адвокатура не может быть институтом государственной власти и её структур, то чьим-то же институтом она должна быть! Она им и стала после принятия закона в 2002 году. Она стала институтом гражданского общества.

И ошибки здесь не было никакой, ни в выработанной доктрине, ни в фактологическом положении. После развала СССР и крушения социалистической системы набирали силу либеральные демократические идеи внедрения нашей страны в мировую капиталистическую систему. И, наряду со становлением бизнеса (капитала), взятого под своё крыло государством, как важного направления развития, приобретала всё большую значимость идея и гражданского общества. Гражданское общество, как предполагалось, должно было стать противоположным полюсом к государству, своеобразным мощным балансом ему и зрелым противовесом. Но не врагом его, не противником, а мощным союзником в достижении общих целей процветания всего общества вообще и государства, в частности.

Таково было теоретическое (доктринальное) обоснование места и роли адвокатуры как института гражданского общества в правовой системе российского государства, что и было закреплено в п.1 ст. 3 Федерального закона. Адвокатура удачно вписывалась в такое устройство и вполне логично приобретала своё должное и важнейшее значение, как профессиональный советник гражданского общества, его защитник, консультант и мощный представитель во всех государственных структурах, в том числе в суде. Теоретики закона и законодатель исходили при этом из того, что гражданское общество представляет собой совокупность граждан, не приближенных к рычагам государственной власти; совокупность общественных отношений вне рамок властно-государственных и коммерческих структур; сфера самопроявления свободных граждан и добровольно сформировавшихся некоммерческих направленных ассоциаций и организаций, ограждённых от прямого вмешательства и произвольной регламентации со стороны государственной власти, а также других внешних отличий (см. Википедию).

То есть предполагалось, что отношения государства и гражданского общества будут равноправными, уважительными, продуктивными, взаимодополняемыми, взаимоприемлемыми и взаимовыгодными. В конечном итоге такое сотрудничество должно было позитивно отразиться на качестве жизни российского народа, привести к процветанию всего нашего общества, страны и государства, как управляющего организма.

По опыту прогрессивных стран мира, где достигнут подобный баланс, соответственно, достигнуто и более-менее достойное развитие общества, приемлемая жизнь народа. Подобный опыт свидетельствует, что именно такое устройство государственно-правовой и социальной системы способно подчинить цели и задачи государства процветанию общества, хорошему качеству жизни и интересам каждого человека. Это вполне разумная и достижимая форма государственного устройства, при которой воля народа всегда учитывается, а не игнорируется государством. Более того, эта форма не противоречила ни национальным традициям русского общества, ни историческим формам участия народа в управлении, которые хотел внедрить в нашу жизнь ещё Андрей Боголюбский (см. И.Л. Солоневич. «Народная монархия». Изд. Институт русской цивилизации. 2010. – 620 с.).

К великому сожалению, у нас данная доктрина оказалась нереальной, возможно, изначально надуманной, потому что в конспирологических недрах планировщиков создание самого российского государства на обломках разрушенного СССР и близко не предусматривало какое-то там процветание нации, благо народа и другие подобные заморочки. Цели преследовались совершенно другие, кардинально противоположные. Их сегодня, уже никого не стесняясь, вовсю раскрывают такие деятели как Чубайс А.Б. и его сподвижники. И эти цели ими были достигнуты. В безбожно короткий срок. Государство, игнорируя мнение общества, отказалось от движения в направлении процветания и улучшения качества жизни всего народа и избрало курс на баснословное (умопомрачительное) обогащение и процветание отдельных лиц. Согласно этому курсу одни стали ещё беднее и бесправнее, чем были раньше, а другие богатеют и по сей день. И ни пандемии, ни экономические кризисы им нипочём. 500 самых богатых людей  увеличили свои состояния, которые сравнились с третью ВВП страны. Такой уровень безумия — это уже и есть катастрофа.

А истоком этой катастрофы являлся самый настоящий обман политической элитой страны всего народа. После развала СССР планировщиками был составлен новый общественный договор, в заключении которого общество, конечно же, никакого участия не принимало (!!!) Этим договором народ просто-напросто подкупили, как туземцев стекляшками. Ведь ему пообещали, если он не будет вмешиваться в политику, власть его не тронет. Эта концепция предполагала полную степень отчужденности людей от системы. Вместо стекляшек изголодавшемуся плебсу пообещали некие потребительские ценности, а также обеспечить нормальный и стабильный быт и более-менее сносное существование с интеграцией в европейское и мировое пространство. Предоставлялись некоторые права, свободы и послабления. Обычный торг, купля-продажа.

Фактически же этот псевдо-договор, был нацелен на то, что посаженные на кормление чиновники делают что хотят, а народ им обеспечивает стабильные показатели на выборах. И народ клюнул на эти обещания. Но, поскольку эту «тайную доктрину» разрабатывали напёрсточники, долго всё это не могло продержаться в задекларированном виде. Власть стала всё больше и больше трогать народ, ущемлять его интересы, даже учинять форменный произвол. Эта обманка раскрылась сразу же при чековой приватизации. И укрепилась при залоговой. А дальше всё пошло-поехало вообще кувырком. Элитарная верхушка общества беззастенчиво растащила всю общенародную собственность, что привело (не могло не привести) к жуткой экономической криминализации социума, махровой коррупции, росту иной преступности (грабежи, разбои, рэкет, злоупотребления чиновников, массовое расхищение, взяточничество и проч., и проч.), поляризации настроений в народе и экономическому коллапсу.  Это — уже криминология.

Всё, о чём сказано выше, гибельным образом способствовало расслоению людей.  Из совсем недавно ещё единого советского общества образовались антагонистические классы, началась сегрегация населения по признаку богатства. В силу этого гражданское общество как таковое оказалось не только не сформированным, а просто призрачным, повисло где-то над горизонтом. Его еле-еле обозначившийся было в теории и мечтах романтиков остов постепенно стал расшатываться из-за отсутствия единой государственной идеи, поддерживаемой народом, и в силу отсутствия государственной концепции, программы, курса, основанных на такой идее. В силу отчуждённости основной массы людей от политики, а после развала образования и науки в силу неспособности разобраться в происходящей обстановке народ молчал. Как в драме «Борис Годунов» А.С.Пушкина.

Адвокатура доктринально была не готова к такому повороту и развитию событий, а поэтому при отсутствии надлежащей научно проработанной корректировочной концепции  она оказалась, образно говоря, на развилке дорог. Быть институтом гражданского общества, которое существует только на бумаге, согласитесь, судьба незавидная. Да и неопределённая. С одной стороны, она должна представлять и защищать политические права простых граждан и всего общества. С другой стороны, ей по закону запрещено участвовать в политической деятельности, чтобы не влиять на формирование этого общества, его идей и мировоззрения. Но как в таком случае осуществлять его защиту и представительство, обеспечивать политическую роль? Ведь именно в политике, именно в этой сфере жизнедеятельности и проявляется гражданское общество, и именно в ней и допущены самые главные и основные нарушения прав российских граждан. Считаю, что такой концепцией было заложено самое первое противоречие доктринального уровня.

 Следующий момент сводится к тому, что в государстве, где интересы народа и конкретных людей выведены не на первый, а на второстепенный уровень государственных интересов, где воля народа и человека не так важна, как это должно было бы быть при нормальном устройстве, всякое правовое положение человека становится зависимым от очень многих и многих факторов, которые государство посчитает более важными. Такое положение дел объясняет и то, что многие законы, когда дело касается конкретики, просто игнорируются, а если удаётся добиться судебного решения в пользу конкретных граждан, они годами не исполняются. А то и вообще остаются неисполненными.

Таким образом, адвокатура, сама не участвуя ни в политике, ни в иных социально-экономических процессах, ведущих страну к ухудшению жизни народа, в том числе и в силу причин, указанных в первом разделе настоящей части, оказывается беспомощной и при реальном обеспечении прав своих доверителей. Несомненно, подобные вещи ассоциируются доверителями, как некачественная работа адвоката со всеми вытекающими из этого последствиями, как бы адвокат при этом ни старался в своих попытках помочь. В подобном случае роль адвокатуры как института гражданского общества не соответствует её реальному (беспомощному) положению в этом обществе.

Кроме того, в силу капиталистической действительности (рынка)  из-за отсутствия необходимых средств на выплату гонораров не всякий доверитель может позволить себе длительное сотрудничество с адвокатом, а потому разовое или ситуативное участие такового в делах доверителя без получения реального результата на выходе также не может не отразиться на оценке, даваемой адвокату доверителем. Как правило, не высокой. Подобные оценки и положение ведёт или к обнищанию самого адвоката, от приглашения которого за его ненадобностью отказываются люди, или к неофициальному переходу адвоката к сотрудничеству с коррумпированными представителями правоохранительных органов, суда, другими нарушителями закона, что метафизически выводит его из сообщества института гражданского общества, хотя на формальном уровне он всё ещё продолжает в нём состоять.

В то же время в самой адвокатуре появился пласт людей, на вполне официальном и легальном уровне защищающих бизнес и бизнесменов. Казалось бы, это тоже ячейка общества, которая также нуждается в квалифицированной правовой помощи. Однако в нашей стране в силу уже названных мною деформаций государственного и социального строительства не всякий бизнес и бизнесмен — законопослушные лица. А если быть предельно откровенным, то, учитывая всю противоречивость нашего законодательства, его сумбурность и грубую сляпанность, можно допустить, что и весь бизнес в России – это сплошное поле беззакония (сокрытие доходов и прибыли, неуплата налогов, фиктивные сделки в целях перевода средств за рубеж, оффшоры, незаконная обналичка денег, «кидалово» клиентов, обман и реализация фальсификата или недоброкачественной продукции, нарушение строительных норм и правил, нарушение техники безопасности, физическое устранение конкурента, взяточничество, коррупция, финансирование экономической мафии и государственного терроризма и т.д., и т.п.) А потому, как правило, именно в этой сфере сосредоточена основная вулканическая масса криминала, преступности, общественного неравновесия и социальных пороков. Выше приводился пример с рейдерским захватом фирмы, надёжное юридическое прикрытие которому обеспечивали именно адвокаты.

Адвокат, представляющий такие пороки, или защищающий их, конечно же, на первоначальном этапе своей работы, возможно, не знает об этом (как говорится, его используют «вслепую») и добросовестно вгрызается в дело, цепляясь за процессуальные тонкости, в которых он — дока. Он громко оповещает общество не о мерзостях бизнеса своего клиента, его низменных мотивах и страстишках, аморальной и скрытой теневой жизни, а о нарушениях, допущенных следствием или административными органами, вопия о них и строя в таком стиле свою агрессивную защитительную тактику. В совокупности с большими деньгами доверителя такая защита с одной стороны помогает преступнику ещё больше укрепиться в своей непогрешимости и безнаказанности, а с другой – пропорционально такому укреплению усугубляет и без того хрупкий  нравственный климат в самом обществе, которое становится ещё более уязвимее и беззащитнее перед лицом таких вот подзащитных адвоката и его покровителей в законе.

Со временем адвокату открывается полная картина деяний его доверителя. Он узнаёт из документов и наблюдает воочию всю неприглядную гамму преступлений своего доверителя, видит его ужасающий моральный облик и всю криминальную подноготную его бизнеса. И вот тут-то в жуткой борьбе мотивов предстоит определиться, на чьей стороне ему оставаться далее. Продолжать защиту бизнесмена, который нечестным путём, используя всевозможные лазейки в законе, специально для него оставленные лоббистами в верхних эшелонах власти, пользуясь коррумпированными связями на более низком уровне, и нещадно эксплуатируя наёмный труд работников своего предприятия, а также применяя весь арсенал обмана в отношениях с партнёрами и государством, сколотил нехилое состояние и стал капиталистом. А затем где-то, что-то не поделил, с кем-то не поладил, кого-то капитально «кинул» и … оказался в СИЗО (разумеется, его подставили сообщники, менты спровоцировали задержание, кто-то что-то подбросил и т.д., как в кинофильме Говорухина о Жеглове). Приличный заработок адвокату на таком клиенте обеспечен. Но…

Или же, следуя зову советского воспитания и нормам внедрённого всей предыдущей жизнью морального кодекса строителя коммунизма (для тех, кто не знаком с такими нормами, вопрос не стоит, потому что ныне понятия морали почти не существует), отказаться от защиты и выйти из дела, потеряв всё: и солидную предоплату, и будущего (по крайней мере, года на два-три) денежного клиента, да и авторитет среди своей адвокатской братвы. Вот она – картина Васнецова в чистой реальности! Холст маслом. В моё время таких случаев с «витязем на распутье» было много. Да я и сам попадал в подобные передряги, когда приходилось просто отказываться или от дальнейшего сотрудничества с клиентом, или на самом раннем этапе не входить с ним ни в какие договорные отношения на оказание юридической помощи.

Сейчас о подобном что-то давно уже слышать не приходилось. Потому что за двадцать лет действия закона адвокаты всё больше и больше втягивались сами в сферу бизнеса и становилась своего рода коммерсантами, продавая свои знания и опыт, а в конечном итоге, разделяя с клиентом всю степень порочных ходов и лазеек к достижению тем баснословной прибыли и собственной безнаказанности. Да и работу свою они ныне «оказанием правовой помощи» уже не считают, а так и называют её, как пишут в договоре об оказании «юридических услуг». Какие уж тут нравственные нормы и правила? Бизнес, и ничего более! Почти что герои Марио Пьюзо! Прошу не обвинять меня в огульном охаивании адвокатского сообщества. Я имею в виду только тех, кого это касается.

А что на сей счёт говорит статья в законе об адвокатуре? Написанная, надо полагать, такими же коммерсантами, а не представителями гражданского общества. Она чётко закрепляет запрет адвокату отказываться от принятой на себя защиты: продолжай, несмотря ни на что, даже на то, что твой подзащитный не член гражданского общества, а его закоренелый враг с многолетним стажем (п. 6 ч.4 ст. 6). То есть тут что-то не так получается в самой доктрине адвокатуры: или адвокатура – никакой не институт гражданского общества, а вообще что-то такое без рода, без племени, или это действительно институт гражданского общества. Но тогда будь добр защищай и отстаивай интересы только самого общества, а не его выродившихся членов, выступающих с антиобщественными установками.

Сложно, например, представить какой-либо институт любого государства, чтобы он защищал антигосударственные интересы. При существующем же положении в адвокатской доктрине усматривается явное противоречие норм, их столкновение, а по существу – полный абсурд. Мысль моя, конечно, крамольная, поскольку ломает всю устоявшуюся конструкцию существующего закона, да и самой адвокатской деятельности. Ведь в случае приведения этого противоречия в логическое равновесие, в таком обществе, как наше, окрашенном резко выделяющимися криминальными красками, было бы логично отказаться от громкого титула, причисляющего адвокатуру к гражданскому обществу, а стать просто ни от кого не зависимой структурой, просто институтом оказания правовой помощи всем и вся, кто обратится к ней за помощью: ангел или прожжённый дьявол.

Но, несмотря на крамолу, моё рассуждение всё же совершенно не опасно для существующего положения. И бесперспективно с точки зрения приведения закона в логическую норму. Не будет этого приведения. И вот почему. Как и всякий закон, выходящий при буржуазном парламентаризме, он оставляет в себе декоративное украшательство в виде некой формы при неприглядном содержании капиталистических правоотношений. Это — принцип буржуазного права, который тоже не изучают в юридических вузах и, к сожалению, не упоминает даже В.В.Оробинский. Говорить и писать можно всё, что угодно, лишь бы было красиво и изящно выглядело. А будет это действовать или нет, не так важно. Ну и что с того, что адвокатура институт гражданского общества, которого нет? Ну что с того, что она берёт под свою защиту тех, кто против общества заточил свои стрелы? Зато как красиво написано, зато как мощно она несёт знамя защиты прав человека. А кто этот человек, её это не интересует. Таково буржуазное право. За красивой формой скрыть реальную суть. За красивой фразой спрятать неприглядные вещи: логическую несуразицу, реальные нарушения, жизненные катаклизмы, бесправие простого гражданина и всего общества, состоящего из таких же граждан.

Посмотрите хотя бы на нашу Конституцию. Ну изумительнейший же документ. По форме. А то, что в нём масса противоречий, а то, что она не действует (когда надо защитить отдельную личность или определённую социальную группу. Не из правящей элиты или не из богатого сословия), это никого не удивляет. Даже поправки к такому документу приняли. Якобы всенародным голосованием. Так и тут. Адвокатура при отсутствующем гражданском обществе является институтом гражданского общества. Как вам? Являясь институтом гражданского общества, адвокатура (адвокат) защищает лицо, причиняющее страдания членам этого общества, являющее его врагом, антагонистом, грабителем, убийцей и т.д. А это как?

Таким образом, вопрос о качестве юридической помощи, оказываемой адвокатом, к которому (вопросу) мы волей-неволей вынуждены вернуться, оставляет нас в тупом ступоре: действительно, а как определять это качество?  С точки зрения пусть и не гражданского, а просто общества? Или же с точки зрения разбойника и вора, которого мы защищаем, вопреки интересам общества, которое, вопреки всему, готово само распять нашего подзащитного? Я считаю, что здесь не может быть середины, подобно «средневзвешенной по больнице». Здесь или так, или эдак. Великую мысль изрёк ещё один мудрец, которого я позволю себе процитировать. Это наш современник — Игорь Миронович Губерман, дай Бог ему здоровья! «Есть в каждой нравственной системе / Идея, общая для всех: / Нельзя и с теми быть и с теми, / Не предавая тех и тех». Почему бы к нему не прислушаться?

Есть ещё одно серьёзнейшее противоречие в законе, которое напрямую затрагивает и вопросы концептуального места адвокатуры, и опосредованно касается качества юридической помощи. Как указано в 1-ом разделе настоящей статьи, наше общество разделено на классы. Класс сверхбогатых, богатых и класс бедного и беднейшего населения (ниже него есть ещё совсем нищие и полностью забытые обществом люди-современные люмпены, бомжи и им равные неприкасаемые). Бедные классы составляют более половины страны. Средний класс в нашей стране почти отсутствует. Адвокатура, встроенная в рыночную капиталистическую систему, вынуждена подчиняться законам рынка: корпоративная устойчивость, реклама, торговля услугами, экономика и ценовая политика, конкуренция и др. факторы. За каждым из названных факторов скрыты большие суммы, которые влияют на стоимость помощи (услуг).

А потому сегодня на рынке юридических услуг, помощь, оказываемая адвокатами, особенно, если тот или иной адвокат высококвалифицированный специалист, достигает значительных сумм. Само собой разумеется, ни бедному, ни беднейшему человеку такого бремени не вытянуть. Даже для большинства людей из среднего класса адвокат сегодня стал непозволительной роскошью. Чем-то вроде фешенебельного ювелирного бутика или дорогого валютного ресторана. Да и самому адвокату выгоднее иметь дело не с бедным клиентом, а с состоятельным, с российским брахманом. В своё время исполняющий обязанности президента Путина В.В., избранный народом Медведев Д.А., изрёк такую крылатую фразу: «Свобода лучше, чем несвобода» (ему же принадлежит гениальный афоризм «Денег нет, но вы держитесь!», адресованная представителям бедного класса).

Так вот, по его примеру и о клиенте адвоката можно сказать что-то подобное, ну например: «Богатый лучше, чем небогатый». При этом установленные государством гарантии для бедных я вообще не беру во внимание в силу мизерного значения этих гарантий и крайне незначительного числа лиц, на которых они распространяются. Я, конечно же, не распространяю свои суждения на всё адвокатское сообщество, а говорю в целом об адвокатуре, как институте, пытаясь обосновать свою мысль, которая выражена в нижеизложенном вопросе. А второй свой вопрос я снова задаю студентам, теперь к очередному семинарскому занятию: правильно ли утверждение о том, что адвокатура является институтом всего общества (пусть даже и не гражданского), если она представляет интересы лишь незначительной части этого общества, тех, кто в состоянии оплатить помощь адвоката?

Итак, мы рассмотрели некоторые противоречия доктринального уровня в законе об адвокатуре. Само собой разумеется, и до них дойдёт очередь, и научное сообщество может быть займётся их изучением. Когда-нибудь. А вполне возможно что, когда рак на горе свистнет. Но сегодня-то как быть? При описанном мною положении дел. Обычному российскому адвокату. Находящемуся не в научно-исследовательской лаборатории по изучению проблем адвокатуры. И не в университетской аудитории, где проводят анкетирование об этих же проблемах. И даже не в ювелирном бутике и дорогом ресторане. А в гуще самых повседневных событий, больших и малых дел, среди обычного простого люда, среди их забот, проблем, несчастий, которыми переполнена наша бренная повседневная жизнь…

Часть особенная

Скажу просто: ему придётся засучить рукава и пахать, пахать и ещё раз пахать!  Ведь на пашне ныне много чертополоха и … борщевика. Государство разбалансировано и деградирует, доктрина адвокатуры не выработана, правовая система в жутком хаосе; полицейские методы, административная власть над людьми, штрафы и иные санкции превалируют над здравой логикой, естественным правом людей, да даже над худо-бедно, но действующими законами. Что делать, кто виноват? И что делать с теми, кто виноват? – это давайте оставим для нынешних Чернышевских и Герценов с Бердяевыми и даже Платошкиными в придачу.  Как бы там ни было, Солнце ещё не погасло, Земля пока крутится. Народ, хотя и отчуждён от системы, но он живет и крутится вместе с планетой, руководствуясь теми законами, которые написали для него прыгуны с шестом и другие народные витии. И эти законы надо исполнять в данный момент. Жить ведь как-то надо. При наших законодательстве и правовой системе. Как говорил мой двоюродный дед Максим Трифонович (родного убили немцы под Харьковом в 1943 году), тяжело будет первые 100 лет, а потом станет легче. Тяжело ныне российскому гражданину. Но миновать адвоката (или юриста) ему не удастся, несмотря ни на какие социально-политические и доктринальные отклонения от нормы. И адвокату (юристу) придётся так или иначе работать. Первые сто лет.  Не покладая рук своих. На благо людей. И на себя тоже.

Для этого ему надо спуститься на грешную землю не только с доктринальных небес, но и с запредельных буржуазных высот. Именно там на грешной земле, проходит вся жизнь простого народа, тех, кто не имеет банковских счетов. Она сконцентрирована на нижних этажах социальной пирамиды, в нижнем её уровне. Как и всякое дерево питается от корней, так и наше общество начинается с низов его. И честный, порядочный адвокат, обязан по долгу своей души, по своей принадлежности к этой благородной и авторитетной профессии оказать надёжную правовую помощь любому члену нашего общества. Тех, кто её оказывает, конечно, сегодня много и других, кроме адвоката. И тоже профессиональных, и тоже не менее честных и порядочных. Но мы ведь ведём речь об адвокатах. Да, их помощь, в силу всего изложенного выше, неэффективна. Но не эффективна она не потому, что неэффективен адвокат. А потому, что порочна система, в которую все мы встроены.

Потому что не адвокат, а руководствующийся собственными одному Богу известными критериями суд, к которому профессионально апеллирует адвокат, не может оправдать невиновного человека; потому что не адвокат, а судебный пристав-исполнитель, к которому обратился адвокат, не в состоянии возвратить незаконно отнятое у доверителя адвоката имущество (кто его знает, почему не в состоянии); потому что не адвокат, а местный чиновник совершил ошибку при расчете пособия доверителю и волокитит исправление этой ошибки, несмотря на постоянные напоминания адвоката и судебные обжалования бездействия должностных лиц. Многое чего не может сделать адвокат, но в этом не его вина. Это просто-напросто не его функция.

Но адвокат может превосходно разобраться в правовой ситуации, он может наметить изумительный алгоритм поведения своего доверителя в споре, он может составить такой логически выверенный и аргументировано убедительный документ, что читающему его должностному лицу будет весьма трудно не согласиться с ним. Адвокат  – это всего лишь юридический консультант по правовым вопросам. Но не простой консультант, а юрист-профессионал, человек высшего уровня юридических знаний,  подготовки и практического опыта. Он не решала, не член «солнцевской группировки», не мэр города, не судья, не судебный пристав-исполнитель, не прокурор, даже не участковый уполномоченный полиции. И, несмотря на то, что составленный им документ пока остался без удовлетворения, он – гораздо большее, чем все они.

Потому что он не зависим, ни перед кем. А они зависимы: от своего смотрящего, от корпоративных обязательств, от воли начальников, от телефонного права, от тех, у кого получили взятку, от тех, кому сами дали взятку, от тех, кто им покровительствует по службе, по жизни, по родственным связям. Адвокат в защиту своего доверителя может подать иск, заявление, жалобу на кого угодно, кроме Господа Бога. А они не могут. У них – субординация. Адвокат может сказать правду. А они не могут. У них – корпоративная тайна. Адвокат – не чиновник, а они все, кроме «солнцевских арбитров» – чиновники, а значит, подчинённые системе. Это не он не выполнил требований закона и нарушил права гражданина. Не он не отреагировал на жалобу этого гражданина. И спрашивать с него за большее – неправильно. Он должен выполнять только то, что ему предписано в рамках установленных для этого полномочий (см. ч. 3 ст. 6 Закона об адвокатуре). Несомненно, речь не идёт о недобросовестности, непрофессионализме и иных нравственно осуждаемых в обществе действиях. Такое самим сообществом должно осуждаться.

И если разговор (о качестве и критериях юридической помощи) мы всё же поведём, то тут очень важно ни интервьюерам, ни респондентам не скатиться на мелкие правовые крючкообразные вопросы и остаться на реальной поверхности. Ведь, чего греха таить, много ныне проходит чисто формализованных споров, всяких там заоблачно теоретизированных конференций и заумных съездов, что превращает подобные дискуссии в бестолковый спор «тупоконечников» с «остроконечниками» из Лилипутии Джонатана Свифта, спорящих с какого конца следует разбивать яйцо. Как известно,  философия, если она слишком оторвана от участия в реальной жизни, быстро вырождаются в схоластику. А наука, лишённая нравственности и высокой цели, попросту опасна. А потому все, разработанные ребятами вопросы, отражающие нынешний капиталистический характер эпохи, должны, с одной стороны исключить их схоластичность, а с другой стороны приобрести характер нравственного исследования описанных мною в настоящей статье деформаций. И тогда ни интервьюирование, ни более глубокое исследование проблемы  качества не превратится в  исследование ради самого исследования.

Мне, например, сегодня уже глубоко безразлично, юридические услуги оказывает адвокат или правовую помощь. Да, когда только-только вышел закон об адвокатуре и когда эту правозащитную структуру адвокаты-романтики хотели в реальности сделать институтом гражданского общества, такие вещи, конечно же, имели архи важное значение. Ибо они выделяли адвокатуру из сферы бизнеса и коммерции, делали её некоммерческой структурой общества. Нынешний адвокат, как я уже описал это выше, ничем не отличается от тех же коммерсантов или юристов консалтинговых фирм. Или тех же нотариусов. Правда, гонорары у них значительно разнятся, но это сути дела не меняет. И образа адвоката-буржуа не меняет тоже … Разве не такой, например, образ ассоциируется у народа, взирающего на респектабельного адвоката Добровинского А.А.?

А разве не адвокатами-буржуа являются ныне те из них, кто имеет собственные побочные бизнесы, фирмы, доходы, дело? Практика пошла в таком направлении. Хотя адвокаты всё ещё лицемерно заявляют, что такого в адвокатуре нет и в помине. Всё есть. Единственное чего в ней только нет – цилиндров на головах. Так их не носят ныне и другие буржуа, Абрамовичи с Дерипасками, например.

Для нынешнего адвоката, кем бы он ни был (западником-буржуа или почвенником-славянофилом), остаётся главным лишь один вопрос: вопрос о нравственности, о совести, о чести. (Можно и «о доблести, о подвигах, о славе», но лучше это оставим военным и А.А.Блоку, зачем брать чужое). Диссонансом к капиталистической системе звучат такие критерии, но это так. Без таких качеств в безнравственном мире лжи и бесчестия любой профессионализм в адвокатуре превращается в капиталистический грабёж и эксплуатацию клиентуры. В упомянутом выше учебнике «Адвокатура в России» есть даже целая глава, посвящённая нравственным основам адвокатской деятельности (указ. источник, ст.ст. 415-475). Будут соблюдаться такие критерии, и качество оказываемой адвокатами юридической помощи будет той, к которой стремятся нынешние студенты, глубоко изучающие эту проблему. Да и все, кому такая помощь нужна. Остаётся за малым: как совместить высокие нравственные требования, предъявляемые к адвокатам, с нынешним временем и социально-экономической системой, построенной на совершенно иных принципах…

0

Автор публикации

не в сети 2 недели

Владимир Сергеев

1
Доктор юридических наук, профессор, почётный адвокат России, член Союза журналистов России и Международной Федерации журналистов, лауреат премии имени А.Л. Чижевского, автор многих научных работ, учебников и учебных пособий по праву.
В советское время: военный эксперт комиссии Верховного Совета
СССР по привилегиям, старший военный прокурор управления общего
надзора Главной военной прокуратуры, ведущий инспектор Комитета
народного контроля СССР, главный военный инспектор-руководитель
группы главных инспекторов по особым поручениям при председателе
Контрольной Палаты СССР.
Комментарии: 0Публикации: 18Регистрация: 26-01-2021

от Владимир Сергеев

Доктор юридических наук, профессор, почётный адвокат России, член Союза журналистов России и Международной Федерации журналистов, лауреат премии имени А.Л. Чижевского, автор многих научных работ, учебников и учебных пособий по праву. В советское время: военный эксперт комиссии Верховного Совета СССР по привилегиям, старший военный прокурор управления общего надзора Главной военной прокуратуры, ведущий инспектор Комитета народного контроля СССР, главный военный инспектор-руководитель группы главных инспекторов по особым поручениям при председателе Контрольной Палаты СССР.

44 комментария к «Адвокатура в капиталистическом устройстве общества. Проблемы качества юридической помощи»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Авторизация
*
*